| Ru | En | Подписка | 

Петербургский благотворительный фонд культуры и искусства «Про арте»
 Значек Vimeo 3.png Instagram.png  

Школа культурной журналистики

17.10.2017

Секс, наркотики, шариат (кино)

Автор:  Креслинг Павел


«Raving Iran» («Рейв в Иране») 
Режиссер: Сьюзан Мейерс
Швейцария, 2016 год 
документальный

«Нравственная полиция Ирана арестовывает сотни людей ежегодно из-за «сатанинских» рейвов, неподходящей одежды и непристойной музыки», - с этих слов начинается документальный фильм «Рейв в Иране» европейской журналистки Сюзанны Мейерс. Главные его герои - Ануш и Араш – два молодых диджея из Тегерана. Они сочиняют дип-хаус под псевдонимом Blade & Beard, устраивают рейвы посреди пустыни, пытаются выпустить дебютный альбом и отправляют заявки на европейские музыкальные фестивали – всё это вопреки многочисленным официальным запретам и под постоянной угрозой полицейской облавы. 

1.jpg 
 
«Рейв в Иране» почти полностью снят тайком: Сюзанна Мейерс несколько месяцев ездила в Тегеран под видом обычный путешественницы (объясняя пограничникам своё постоянство тем, что хочет увидеть по возможности все достопримечательности в стране), во время регулярных обысков прятала карту памяти с отснятым материалом в лифчик, а взамен вставляла флешку с заготовленными фотографиями на фоне популярных туристических объектов, плюс, некоторые сцены сняли на телефона сами герои. 

2.jpg 
 
В итоге весь фильм словно бы соткан из разнородных лоскутов, как будто ручная камера побывала в руках нескольких персонажей, как в фильме «Я тебя Люблю» Павла Костомарова: она то спокойно снимает отдыхающих на песке после рейва молодых людей, то следует за спиной Ануша и Араша, то, управляемая вслепую, не может толком сфокусироваться на лице остановившего автомобиль полицейского. То и дело съемки ведутся в темноте, и мы видим лишь светлые силуэты, проступающие сквозь зернистую черноту, или на максимальном зуме из укрытия, чтобы не выдать своего присутствия.

Поначалу такая скрытность может показаться чрезмерной, а заявленный в прологе градус опасности – преувеличенным, в основном из-за того, что всё окружающее кажется довольно привычным и безобидным: молодые люди носят модные футболки, общаются в мессенджерах и сводят музыку на макбуках, девушки на улицах хоть и надевают платки, но выглядят довольно модно – словом, нормальная себе страна, и ничего не говорит о какой бы то ни было несвободе и давлении государства.  
 
3.jpg

Тем не менее, вскоре мы наблюдаем, как одна за другой типографии наотрез отказываются печатать буклеты для дисков, потому что на обложке есть английские надписи и изображение молодого человека с голой спиной, чиновница из министерства культуры не даёт разрешения на диск, потому что он не содержит традиционной иранской музыки, а на вопрос «Ничего, что у нас в группе есть девушка с пирсингом?» и вовсе коротко отвечает «Вы совсем с ума сошли?» (для женщины выступать перед мужской аудиторией или исполнять музыку сольно в Иране сейчас — уголовно наказуемое преступление). Наконец, один из героев ненадолго попадает в тюрьму – за то, что был на рейве. 
В итоге, главным в фильме оказывается не то, как молодые люди танцуют и играют музыку, а то, как они вообще живут, относительно успешно обходя систему запретов. Самой характерной в этом плане становится сцена, когда продавец в музыкальном магазине объясняет героям: «Вы можете сделать незаконное законным – просто сделайте две обложки, одна будет видна с витрины и не вызовет подозрений. Соблюдайте приличия и находите окольные пути, государство любит, когда его обманывают». 

4.jpg 
 
Более того, сами герои в конце фильма едут на музыкальный фестиваль в Швейцарию, и в окружении дружелюбной европейской публики оказывается, что музыканты они довольно посредственные, а наблюдать за ними было интересно только когда они действовали наперекор системе. 


____________

Героев для фильма Сьюзан Мейерс удалось найти не сразу – сначала она связалась через Фейсбук с несколькими участниками так называемого музыкального андеграунда и договорилась об интервью, но в последний момент они либо перестали отвечать на звонки, либо отказались от съемок. Среди них было и несколько женщин – в том числе поп-певица и вокалистка-металл-группы, но для них съемки фильма были чреваты реальными уголовными сроками. В итоге в фильме нет как таковых женских персонажей, а лица тех, кто попал в камеру, замазаны. 

Ануш и Араш не вернулись в Иран после поездки в Швейцарию, оставшись в ЕС в качестве беженцев. Сейчас они продолжают выступать на различных танцевальных площадках – без особого, впрочем, успеха. Надо полагать, после того, как шум вокруг фильма «Рейв в Иране» и его героев немного поутихнет – их ждут некоторые трудности: как рассказывала в одном из интервью Сьюзан Мейерс, молодые люди родом из обеспеченных семей, до последнего жили за счет родителей и особо нигде не работали.